МАУ ИЦ «Норильские новости»

“А сейчас я вам покажу свою могилу”

“А сейчас я вам покажу свою могилу”

История эта произошла со мной в 1974 году. Это даже историей назвать нельзя. Просто волей случая я стал свидетелем одного рассказа. О войне.

В то время я служил в армии. Был в отпуске, в Керчи, откуда я родом. Возвращался поездом. Мне предстояло четыре часа езды. Вагон был практически пуст. Я сел на боковое сиденье, открыл книгу. И, как бывает в дороге, при этом смотрел в окно. Поезд тронулся, мимо проплывали с детства знакомые пейзажи.

Сбоку от меня, в глубине купейной части, сидели пожилые мужчина и женщина. Пожилыми они мне показались, наверное, потому, что я сам был молод. Они о чём–то между собой говорили, и я не обращал на них никакого внимания, пока мы не проехали мимо поселка Ленино (старое татарское название Семь Колодизей), что в сорока пяти километрах от Керчи.

И тут я услышал, как мужчина сказал своей спутнице: “А сейчас я вам покажу свою могилу”. Согласитесь, услышав такое, любой придет в замешательство. И я невольно прислушался, о чём он ей говорил. Далее постараюсь пересказать его историю, что называется, от первого лица — так, быть может, будет понятнее.

– В 1942 году я служил в морском десанте. Был капитаном и командовал ротой. Имел звание Героя Советского Союза, был награждён орденами, медалями. В тот год командование подготовило операцию по высадке десанта под Керчью. Об этом мало говорят, но, по слухам, операция это была ошибкой Ставки или чья–то конкретная ошибка — не знаю. Высаживали нас недалеко от Эльтигена поздно ночью. Суда подошли к берегу, и когда десант пошёл, немцы открыли по нему сильный огонь. Корабли нас прикрывали сколько могли, а потом ушли в море. Как позже выяснилось, высадили нас на самые укреплённые районы. Мало того, впереди оказались минные поля. Погибли тысячи.

Поняв, что подмоги не будет, я собрал свою роту, и мы решили пробиваться к своим через Крым. А что было делать? Позади нас было море. Улучив момент и обойдя немцев, мы пошли в глубь полуострова. Шли только ночью. Днем прятались как могли. Кругом немцы. Крым тогда был под ними. На третью ночь в районе Семи Колодизей наткнулись на встречный пулеметный огонь. В пылу боя рота разделилась на две части. Одна обошла немцев, скажем, с правой стороны, другая, вместе со мной, проскочила слева. Остаток ночи мы бегом шли от места боя, чтобы немцы нас не смогли догнать. Рано утром остановились на привал. Как было положено, стали опрашивать, кто что видел, кого из наших убило. Нужно было составить документы.

Забегая вперед, скажу, что и та моя полурота, с которой мы разошлись, сделала то же самое. Вот с этого всё у меня и началось. Кому–то из солдат показалось, что он увидел, как меня в том бою убили. Тогда они нашли палку, воткнули её в землю, привязали к ней кусок доски и написали химическим карандашом: “Здесь погиб Герой Советского Союза, капитан... 1942 год”.

Не стану рассказывать, как мы несколько месяцев шли через Крым, но прошли. Вышли к своим, влились в действующую часть и продолжали воевать. Вскоре я ещё был награжден двумя орденами. И вот спустя полгода или чуть больше вызывают меня в особый отдел и обвиняют в присвоении чужих документов и звания. А в доказательство показывают фотографию той самой палки с надписью: “Здесь погиб...”.

Если бы не те ордена, которые я заслужил после Крыма, меня бы расстреляли. А так — дали двадцать пять лет и отправили в лагерь на юге Тюменской области. В нём я пробыл до конца 45–го, можно сказать, до Победы. В конце года я из лагеря сбежал.

Семь лет жил и скрывался в тайге. Охотился, рыбачил, в общем, выживал... Когда началось освоение Тюмени и народу в тех местах сильно прибавилось, стало трудно прятаться. Я не выдержал, сдался.

Дело мое вёл полковник. Хорошо, настоящий фронтовик попался. Два года он по документам да по почте искал тех, кто остался жив к тому времени и мог лично опознать меня. Нашёл. К тому же после смерти Сталина послабление было. Меня оправдали. Но ни звания, ни наград не вернули. Я вот сейчас ездил на “место своей гибели”. Так на обелиске погибшим до сих пор надпись “Герой Советского Союза, капитан...”.

Повторяю, это был 1974 год, спустя почти 30 лет после Победы. Кто был этот человек, я по сей день не знаю. После своего рассказа он всю дорогу молчал.

Владимир СКВОРЦОВ.

С великим праздником вас, дорогие наши защитники Родины, с Днём Победы!

День Победы — праздник всей страны,
Духовой оркестр играет марши.
День Победы — праздник седины
Наших прадедов, дедов и кто помладше!

Вы отстояли честь и независимость своей Отчизны, освободили страны Европы от коричневой чумы, разгромили фашизм, заплатив за это самой дорогой ценой — свой пролитой кровью и жизнью.

Война — она и есть война,
По сей день былые ноют раны.
И всё–таки наденьте ордена!
Вас с праздником Победы, ветераны!

Дорогие наши ветераны, несмотря на все происки и ухищрения недругов, память о вашей доблести и героизме сохранится на все времена. Память о тех, кто погиб на поле брани, кто ушёл из жизни в послевоенные годы, не дожив до нынешних дней.

Мы знаем, что и в мирное время
Вы не почили на лаврах:
Норильск, эпохи вашей часть,
Трудом и мужеством прославлен.
У вас основа есть считать,
Что след недаром здесь оставлен.
Да, вам немало довелось
На мёрзлой ниве потрудиться.
И предприятий наших гроздь
Вашим трудом могут гордиться.

Мы понимаем, как больно и обидно видеть вам “немытую Россию”, где в боль ветераны одеты и грязные правят портреты.

Но всё это временно, не торговцы и ворьё, а вы, победители, являетесь хозяевами страны.

Выше головы, дорогие наши старики! Пусть твёрже будет ваш шаг и торжественней перезвон орденов и медалей.

Будьте молоды душой, здоровы и счастливы!

От имени городского совета пенсионеров Людмила Васильевна СОБАКАРЁВА, сопредседатель совета.

Ну, за Победу!

Что помогало выжить в войну? Конечно, мужество, уверенность в победе, но не только это. Мощным средством поддержки был юмор. В том числе и жизнеутверждающие тосты под “фронтовые сто грамм”.

Не бери в голову то, что можно взять на мушку. Так давайте возьмём на мушку наши стаканы, а в голову они нам потом и сами дадут!

За тех, кто в этот миг приник
К холодной стали автомата...
Я поднимаю свой бокал
За человека, за солдата!

Самый короткий военный тост: “Дно! Раз! Два!”

И сдвинем стаканы —
за жизнь, что дана!
За боевые раны!
За наши ордена!
За здоровье раненых,
За свободу пленных,
За красивых девушек
И за нас, военных!

Как говорил Суворов, “вперед — мое любимое слово”!

8 мая 2004г. в 17:15
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.