МАУ ИЦ «Норильские новости»

Жизнь замечательных лекарств

Жизнь замечательных лекарств

В Норильске есть несколько аптек и аптечных пунктов, где делают лекарства для больниц и поликлиник. Но 330–я аптека — единственная в городе, где производят порошки, мази, микстуры и другие лекарственные препараты не только для медицинских учреждений, но и для продажи населению.

Слово «аптека» заимствовано в XVI веке из польского, а восходит к греческому apotheke — «склад, кладовая», образованному от глагола apotithemi — «откладывать, прятать». Домашние аптеки существовали ещё в глубокой древности при дворах знатных персон, а простых людей собственноручно изготовленными снадобьями лечили знахари. Первую «профессиональную» аптеку на Руси открыл Иван Грозный при своём дворе, выписав для этой цели англичанина Джеймса Френчема в 1851 году. Аптека «номер два» появилась в Москве больше чем через полвека, при царе Алексее Михайловиче. Ещё 9 аптек открыл в разных городах (в том числе, конечно, и в Петербурге) Пётр Первый. Он же заложил в городе своего имени «аптекарский сад», где ботаники выращивали разные лекарственные растения — ныне это Ботанический сад Российской академии наук. (К слову, «аптекарские огороды» — в частности, при монастырях — взращивали на Руси уже в 11 веке.) «Аптечный бум» в стране случился при Екатерине Великой — к 1790 году в России работало уже около 100 аптек.

Сейчас в нашей стране около 20 тысяч аптечных учреждений — аптек и аптечных киосков. Лидер по числу точек продаж (около тысячи) — сеть аптек «36,6», её оборот в 2006 году составил 300 миллионов долларов.

В рецептурно–производственном отделе аптеки работают всего четыре человека. Аналитик (занимается анализом готовых лекарств и контролем при их изготовлении и отпуске), фасовщик, он же по совместительству санитар (моет посуду, разливает растворы, клеит этикетки и т. д.), а также фармацевт и провизор (непосредственно делают лекарства). Отдел занимает несколько помещений:

  • в асептическом производят стерильные лекарства (или лекарственные формы, если использовать фармацевтический термин);

  • в ассистентской готовят все остальные лекарства и наклеивают на них этикетки;

  • в стерилизационной стоит автоклав — для стерилизации под давлением лекарственных форм и вспомогательного материала — например, баллонов для изготовления дистиллированной воды; посуду (флаконы и бутылочки) стерилизуют в сушильных шкафах — 45 минут при температуре 1800С;

  • в дистилляционном помещении гонится очищенная вода;

  • в моечном, понятно, моют, а в дефектарском хранят фармакологические субстанции, то есть собственно лекарственные вещества, из которых потом и получаются микстуры от кашля или глазные капли.

    Хотя «получаются» — конечно, неправильное слово. Их «получают». Занятие это требует филигранности и усидчивости.

    – Это только кажется, что просто накидал, смешал ингредиенты — и всё, — рассказывает исполняющая обязанности заведующей рецептурно–производственным отделом провизор Светлана ПЛЕХАНОВА.– Неопытный специалист может одну лекформу целый день делать, а опытный — изготовит за пять минут. Нужно ведь знать пропорции, дозировку, свойства субстанций, где–то подогреть... Знать очерёдность добавления, совместимость — не каждую субстанцию можно соединить с другой. Знать, как смешать вазелин с порошком, чтобы мазь не расслоилась, и так далее.

    Субстанции аптека покупает в фармацевтических фирмах на материке, раз в год или в полгода. Это основы для мазей (вазелин, ланолин) и (в основном) порошки. Порошки хранятся в дефектарской в специальных стеклянных плотно закрывающихся банках — штангласах. На каждой банке — естественно, срок годности, цена, название. Названия на латинском кажутся прямо–таки алхимическими: «эуфиллиниум», «левомицитиниум», «натрий хлоридум»... Около 100 наименований порошков.

    Хороший провизор (аптечный работник или фармацевт с высшим образованием, по уровню квалификации приравниваемый к врачу) — сейчас большая редкость. (Кстати, слово «провизор» произошло от латинского provisor — «заранее заботящийся, предвидящий, заготовляющий»; сравните со словом «провизия».)

    Раньше аптека в нашей стране попросту не могла открыться без производственного отдела (330–я открылась в 1979 году). С приходом на рынок большого количества заводских лекарственных препаратов эти отделы стали закрываться — их производство перестало быть прибыльным, и большинство аптек стали так называемыми аптеками готовых лекарственных форм.

    – Закрылись производственные отделы — не стало специалистов, — говорит заведующая 330–й аптекой Ольга ЛУГИНИНА. Когда кто–то из нашего отдела уходит в отпуск, бывает проблемой найти замену. В процессе учёбы студенты медицинских учебных заведений изучают технологию изготовления лекарств и заводскую, и аптечную, но это теория, а ведь нужна практика. В нашу аптеку студенты медучилища стремятся попасть на практику именно потому, что здесь есть производственный отдел — мы учим основам аптечного дела.

    ...Прибыли отдел не приносит. Нас спасает то, что когда, допустим, приходит человек и берёт капли в нос, он покупает ещё какое–нибудь заводское лекарство — например, от кашля или температуры. Если мы сделаем производство прибыльным, цены на изготовленные нами лекарства сравняются с заводскими. Но это вопрос социальный: если в городе не будет аптеки с производственным отделом, это будет минус и городу, и администрации.

    Социальным Ольга Лугинина назвала аптечный вопрос потому, что изготовленные здесь лекарства — как правило, очень недорогие (например, витаминные глазные капли «Рибофлавин» стоят всего 26 рублей). Их покупают пенсионеры и малообеспеченные горожане, а также те, кому требуется длительное лечение, — на заводские препараты в этом случае может уйти очень много денег.

    – Из кожно–венерологического диспансера приносят много рецептов: врачи–дерматологи выписывают наружные растворы, мази, — продолжает Светлана Плеханова. – Ведь псориаз, хронические кожные заболевания, грибковые поражения кожи нуждаются в длительном лечении. Курс такого лечения заводскими препаратами стоит очень дорого.

    ...Наш основной контингент — хронические больные, дети и пожилые люди. Ведь многое в лечении зависит от дозировок. В заводских лекарствах всё унифицировано — в них одинаковое количество единиц лекарственного средства. А пожилым и детям дозировки нужны ниже. Рецептура даёт индивидуальный подход. Тот же дибазол (противоаллергический и иммуностимулирующий порошок) — для разного возраста нужны разные дозировки. Детям–сердечникам вообще в микроскопических дозах порошки назначают.

    – У нас эксклюзив, понимаете? — поддерживает тему Ольга Лугинина. – Всё живое, без консервантов. Качество не просто не уступает заводскому — мы делаем и такие лекарства, у которых нет заводских аналогов. Например, хлористый кальций для приёма внутрь, его назначают при простудных заболеваниях, аллергиях — на заводах он выпускается только в ампулах. Но раз в ампулах, с длительным сроком хранения — значит, в нём есть консервант, стабилизатор...

    – Что чаще всего покупают норильчане из сделанных вами лекарств?

    – Глазные капли и капли в нос, они продаются без рецепта, — говорит Светлана Плеханова. – Примерно 4000 единиц капель в нос мы продаём за год и около 6000 единиц — глазных капель. Дистиллированную воду берут — для диетического питания, кто–то травы заваривает, кто–то её с сиропом разводит. Раствор метиленовый синий при стоматитах берут. Казалось бы, уж сколько препаратов есть, а всё равно покупают — говорят, лучше помогает. Вообще мы производим не меньше тысячи наименований лекарств. В месяц к нам приносят примерно 3 тысячи рецептов, и около 5 тысяч препаратов мы продаём без рецепта. Максимальная нагрузка на аптеку приходится в первом и последнем кварталах года, то есть зимой.

    – А сами пользуетесь лекарствами собственного изготовления?

    – Конечно.

    О том, как делают лекарства, узнали Ольга ЛИТВИНЕНКО и Владимир МАКУШКИН (фото).

    18 октября 2007г. в 16:30
  • Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.